СОБЫТИЯ
Статья Ирины Огарковой о выставке "Искусство труда"
«Мы все устали от прошлого…»
Вместо вступления. Порой ответы на сложные вопросы приходят там, где их совсем не ждешь.
«Мы все устали от прошлого», — эту фразу однажды на уроке йоги подарил мне ученик. Мы рассуждали о том, кого можно назвать человеком труда, а потом начали нашу практику. После очередной асаны, когда я его спросила об ощущении в ногах, он произнес: «Устали от прошлого». И мы засмеялись, осознав, что именно это и было ответом на вопрос, который мы пытались осмыслить. Мы все устали от прошлого…
Существует мнение, что именно мы русские не слишком хорошо умеем интегрировать прошлый опыт в существующую реальность. Предпочитаем вычеркивать его. И мы можем это видеть и в ощущениях, связанных с конкретными словами. Слова, ассоциирующиеся с прошлой реальностью, могут вызывать у нас неприятные чувства. В психологическом контексте это можно назвать вытесненным опытом. Или опытом непроработанной травмы. Мы отторгли ту жизнь, не попрощавшись с ней. Отторгли очень быстро: без горевания, без благодарности за хорошее, без реалистичного взгляда на проблемы. И отсюда, кстати, позже вытекает проблема идеализирующего ренессанса.
Сегодня из уст общественных деятелей, философов и политиков порой звучит лексика, напоминающая начало ХХ века, время, когда социалистические идеи впервые ярко зазвучали на политической сцене. Для современного этапа в целом характерны попытки найти оптимальные формы государственного управления, политического и экономического уклада, переосмысляя капиталистический и социалистический опыт. А потому использование слов из социалистических теорий в настоящее время вполне закономерно.
Мы предлагаем читателю поразмышлять о таком понятии, как «человек труда». Мы сегодня можем слышать «люди труда», «созидательный труд», «культура труда», «искусство труда». В школах снова появился «Труд», предмет, который последние десятилетия назывался «Технология». Словосочетание «человек труда», пожалуй, самое непростое среди перечисленных. Давайте порассуждаем, как мы воспринимаем это словосочетание, какие ассоциации у нас рождаются, что мы знаем о понятии «труд», и что может означать появление в современном дискурсе подобных речевых формулировок.
Мы предлагаем поразмышлять весьма широко, заглядывая в разные контексты использования этого понятия. Однако ключевым будет оставаться культурно-психологический ракурс, который схватывает, на наш взгляд, самые глубокие смысловые слои.

1. Рассуждение первое: что такое труд?
Обычно мы используем слова «труд» и «работа» в качестве синонимов. Однако, если вдуматься, «работа» звучит как нечто повседневное, тогда как слово «труд» добавляет ощущение некоторой тяжести. И это не просто субъективное ощущение. Если обратиться к самым известным этимологическим словарям, мы увидим, что труд – это работа, связанная с усилием, напряжением, страданием или принуждением. Можно сказать, что «трудиться» – это не просто выполнение своих обязанностей по трудовому договору, а работа, которая сопровождается преодолением, заметным телесным напряжением. По крайней мере, первооснова слова «труд» связана со страданием, тяжестью и физическими усилиями и не похожа на слово «работа» в современном понимании.
Как это может помочь яснее разобраться в значении современных концепций «человек труда»? Мы можем сказать, что этимологически и ассоциативно «люди труда» – это те, кто используют в своей профессиональной деятельности значимые физические усилия. А потому неслучайно многие связывают эту концепцию с теми, кто работает в промышленности и сельском хозяйстве. В этих сферах традиционно преобладал физический труд человека.
Концепция «человек труда», «люди труда», «культура труда» также устойчиво ассоциируется с социалистической эпохой. Изначально понятия, связанные с трудом, были использованы в марксистских идеях, идеях Ленина и Троцкого. Особую роль в революционном движении они отводили трудящимся, рабочим и крестьянам. С большой долей вероятности, можно предположить, что у многих людей, особенно у старшего поколения, идея человека труда вызывает ассоциацию именно с этими феноменами и с этим историческим периодом. Но те, кто сегодня привносит понятие «человек труда», «искусство труда» в современный дискурс, похоже, вкладывают в него иной смысл. Социальный контекст изменился, на первый план выходит не политическая роль человека труда, а ценностные аспекты его бытия. Однако ясный новый смысл понятия «человек труда» пока не сформирован.

2. Рассуждение второе: чем живут «люди труда»?
Поскольку термин «труд» остро зазвучал именно в марксистских подходах, важно разобраться, каково место этого понятия в политической теории. С точки зрения классической политэкономии есть три формы капитала, и интересы держателей того или иного представлены в парламенте различными политическими партиями.
Консерватизм – власть представителей тех, кто владеет землей и недвижимостью. Это те, кто выступает за традиционные ценности, сохранение старого порядка. Либерализм – власть тех, кто представляет интересы банкиров, владельцев финансового капитала. Это те, кто выступает за свободу рынка и торговли. Лейборизм (лейбор – труд; в континентальной Европе эти идеи развивались под названием «социализм») – власть представителей трудового населения, тех, кто живет на заработную плату. Это те, кто выступает за социальную справедливость, ответственность государства перед населением.

Разумеется, сегодня уже с трудом можно говорить о четком разделении по форме капитала: люди имеют недвижимость, имеют вклады, имеют профессию. Но для обсуждения понятия «человек труда» необходимо эту схему из классической политэкономии держать в голове. Самым важным здесь является аспект того, что лейбористы представляют интересы тех, кто зарабатывает на жизнь собственным трудом. Сегодня это может быть и труд физический, и труд интеллектуальный, но именно он является основным источником дохода этой части населения. Здесь необходимо вспомнить, что социалистические идеи начала ХХ-го века потому делали основную ставку в революционном движении на рабочих, что именно они владели передовыми технологиями, они соприкасались с ними в своей ежедневной профессиональной деятельности. Сегодня передовые технологии – это технологии информационные, и используются они во множестве профессий, и в производстве, и в науке, и в банковском деле. Таким образом, данный параметр для разделения на трудящихся и работников умственного труда в настоящее время потерял актуальность. Современные технологии проникли практически во все сферы жизни.
В любом случае, люди труда – это те, кто зарабатывает на жизнь своей профессиональной деятельностью, своими знаниями и навыками, это те, кто стремится их применять, готов их развивать и хочет быть в этом востребованным. Это и формирует их особый взгляд на политические решения и определенную идеологию.

3. Рассуждение третье: какие образы и ассоциации рождает понятие «человек труда»?
Восприятие словосочетаний «человек труда», «люди труда», «культура труда» является предметом особого внимания. Предлагая поделиться образами, возникающими относительно словосочетания «человек труда», мы чаще слышали что-то негативное. Люди рассказывали, что у них появляются скорее неприятные ассоциации, связанные с советским периодом, чем-то инертным или отжившим. Также многие отметили, что это словосочетание ассоциируется у них с грязью, антисанитарией, безграмотностью, работой на земле или в тяжелых условиях фабрик. Более позитивные образы человека труда – это ВДНХ, первомайская демонстрация, колхозница в косынке, вытирающая пот со лба. И также собеседники отмечали, что им не нравится в этом словосочетании то, что учителей и врачей не называют людьми труда.
Таким образом, если целью Вашего знакомства с настоящим материалом является поиск способа говорить с потребителем на приятном ему языке и использовать слова и комбинации слов, которые рождают позитивные ассоциации, то скорее словосочетание «человек труда» Вам не подойдет. Но существует и другая точка, с которой можно смотреть на этот вопрос. И здесь давайте совершим для кого-то, возможно, неожиданный шаг.
Мы часто жалуемся, что наша страна не умеет меняться эволюционно. В периоды политических сломов мы убираем памятники вождей прошлого, переименовываем улицы, разрешаем запрещенное и начинаем дружить с былыми врагами. Когда наступает время серьезных перемен, мы полностью отказываемся от старых принципов, идей и форм жизни и помещаем на их место совершенно новые. Это происходит на глобальном уровне. По крайней мере, так мы привыкли это воспринимать. Однако и на индивидуальном уровне это находит выражение: обсуждая события, ассоциируемые с прошлой эпохой, мы можем испытывать негативные ощущения, которые как раз показывают, что опыт не был интегрирован, поколенческая травма или социальная травма не пережита, выводы не сделаны. А значит, мы не можем взять эффективное из прошедшей эпохи и спокойно смотреть на допущенные тогда ошибки. И одним из индикаторов интегрированности или неинтегрированности прошлого опыта является речь. Если мы спокойно относимся к словам прошлого, то с большей вероятностью это прошлое интегрировано в наш современный контекст. А интегрированность опыта прошлого является важным аспектом нашей идентичности. Интеграция опыта связана с временной перспективой, с ощущением связанности прошлого страны, города, семьи с настоящим и будущим.
В этой связи мы полагаем, что включение в настоящий дискурс слов из прошлых контекстов способно решать важную задачу: перепроживание лексики прошлого помогает трансформировать непрожитый опыт социальных травм и интегрировать данную лексику в новые смыслы и значения. В этом, возможно, неочевидном на первый взгляд ключе интеграция словосочетания «человек труда» в современный контекст обрастает дополнительной значимостью.
И здесь актуально будет посмотреть на те новые ценные позитивные контексты, в которых словосочетание «человек труда» используется или может быть использовано в наше время. Прежде всего обращает на себя внимание аспект созидательного труда, звучащий скорее как призыв против перекоса в сторону аппарата, обслуживающего финансовый капитал, а также непропорционального развития сферы услуг и досуга по сравнению с реальным сектором экономики. Можно также сказать, что это протест в отношении моды на офисную работу и «белые воротнички», и, напротив, пренебрежительное отношение к работающим в промышленности и сельском хозяйстве, как к людям более низкого статуса.
Возможно, причина такого отношения как раз кроется в том, что в начале прошлого столетия на земле и на фабриках работали люди, практически не имевшие образования. И тем, кто далек от современной промышленности и сельского хозяйства, может казаться, что и сейчас это остается так. Но сегодня, а особенно в ближайшие десятилетия, когда информатизация и роботизация еще больше войдут в эти сферы, там будут работать только те, кто могут управлять машинами нового поколения, обслуживать их, организовывать производственные циклы на базе новейших технологий. Физический труд, ручной труд будут сходить на нет, а доля интеллектуального труда, наоборот, будет возрастать. Но и сейчас в производстве уже очень многое держится не на физической силе.
Однако в сознании офисных служащих, жителей мегаполисов работа в производственном секторе или на ферме может представляться непременно неинтеллектуальной деятельностью с руками по локоть в грязи. Это, весьма вероятно, восходит к образам рабочих на фабриках начала ХХ-го века, а также к образам работников колхозов, держащих серп в руках. Именно такие образы называли люди, иллюстрируя свое отношение к понятию «человек труда». Это и есть почва для трансформации.

4. Рассуждение четвертое: какие важные психологические аспекты раскрывает появление в современном дискурсе понятия «человек труда»?
Есть такое представление в социальных и гуманитарных науках, как отчужденность человека от результатов своего труда. Вклад сотрудников крупных компаний или производств в общий результат порою слишком мал, и потому им сложно ощутить свое участие в его создании. Еще с начала конвейерного производства стали говорить, что рабочему труднее достичь позитивных переживаний от причастности к конечному продукту, если он появился благодаря усилиям многих людей и большому участию технологий. Важный момент состоит в том, что психика людей нуждается в труде, который приносит осязаемую пользу. В современном мире отчужденность человека от результатов труда из-за усложнения производственных цепочек приводит к тому, что человеку сложно почувствовать итоговый продукт компании как результат своей профессиональной деятельности. Вопрос о человеке труда также схватывает этот ракурс: как помочь людям иметь больше опоры на то, что они делают, как помочь психике людей ощущать больше устойчивости в своей трудовой деятельности?
Первое, что здесь нужно подчеркнуть еще раз: человек хочет видеть и осознавать реальную пользу от своего труда. В некотором смысле это призыв обратиться к тем профессиям, где человек находится ближе к ощутимому результату своих усилий. Это не отменяет того, что гонорар является важнейшим мотивом трудовой деятельности, однако человек в большинстве своем нацелен на созидание, если только государство не оставляет его наедине с вопросами выживания. Здесь уже, к сожалению, работают другие механизмы. Но если человек понимает, что его труд достойно оплачивается, то при наличии выбора он предпочтет созидательный труд, когда можно осознавать, что то, что ты делаешь, нужно другим.
Что такое созидательный труд? В общем смысле, это деятельность, в результате осуществления которой появляется то, что по-настоящему необходимо людям. Речь может идти о производстве, сельском хозяйстве, науке, медицине, образовании, о том, что дает возможность реализовывать важные потребности человека, или создает условия для качественных изменений человеческой жизни. Созидательный труд – это тратить свои усилия на создание действительно необходимого, или того, что приносит осязаемую пользу.
Неслучайно мы поставили «или» между «создавать необходимое» и «приносить осязаемую пользу». Когда речь идет об осязаемом результате собственных трудовых усилий, то понятно, что в сельском хозяйстве, промышленности, строительстве этот результат проще почувствовать, чем в банковской сфере, в образовании и даже в науке. Но это не значит, что не надо писать картины, книги, музыку и научные труды. Научные и культурные открытия создаются наперед, до востребования. И часто бывает так, что после смерти автора пройдёт ещё немало лет, пока его труд будет оценен по достоинству. Однако из этого вовсе не следует, что работы этих авторов не являются нужными другим. Вопрос в том, что самим этим авторам не так просто проживать подобный профессиональный путь, потому что с психологической точки зрения практически невозможно опереться на работу, которая не приносит ощутимой пользы. И мы ставим здесь «или», потому что у музыкантов, художников, писателей, ученых есть осязаемый продукт деятельности, хотя и пользы в настоящем дне может не быть. Этот момент несколько усложняет рассуждение о понятии «человек труда». Здесь мы сталкиваемся с пониманием, что вопрос этот гораздо шире, чем наличие или отсутствие ощутимой пользы от собственной деятельности. К слову, Маркс в своих работах по отчуждению, напротив, писал, что рабочим сложнее, нежели другим ощутить свою причастность к результатам труда. Скорее всего, это связано с тем, что большое участие технологий в то время было характерно именно для заводов и фабрик. Технологии, похоже, приводят к дистанцированию человека от переживания причастности к конечному продукту. Раньше человек ощущал свой вклад физически, само тело говорило, что было потрачено много сил на достижение результата. И для создания продукта не требовалось тогда столь большое количество сотрудников. Человек, таким образом, физически был ближе к труду и к его результатам. Сегодня, когда технологии проникли во все сферы труда, проблема отчужденности уже не является проблемой исключительно конвейерных производств. Собственно, и сам Маркс полагал, что чем сложнее становится мир, тем больше мы сталкиваемся с проблемой отчужденности человека от результатов труда.
В последние годы люди стали уделять много внимания профориентации, поискам своего предназначения, раскрытию творческого потенциала. Возможно, причиной тому стало то самое ощущение отчуждения. Акцент сместился с выбора полезной профессии на раскрытие и реализацию чего-то уникального в самом себе. Безусловно, это является результатом усложнения мира, нарциссических тенденций и кажущейся примитивности некоторых специальностей. Но, к сожалению, выбор некой особенной профессии далеко не всегда приносит ту самую желанную реализацию собственной уникальности.
Слово «труд» ассоциируется с чем-то рутинным, повторяющимся, воспроизводящим одинаковые алгоритмы. В этом смысле оно противостоит идеям креативности и творческой реализации. Но в современном мире вокруг нас меняется все и постоянно, а потому сегодня нет вопроса, что в профессиональной деятельности будет мало изменчивости, и будет много простых однотипных действий. Воспроизведение и повторение – это как раз дефицитарная область современной жизни. Это не та простота, которая граничит с примитивностью, и которой стоит опасаться. Это не возврат к прошлому и не отказ от достижений и прогресса. Это возможность для нашей психики отдохнуть от того количества изменчивости, которое характерно для настоящего времени. Простота здесь – это отказ от излишнего неоправданного усложнения, от того, что на самом деле не является функциональным, от того, без чего можно обойтись. И также это отказ от поиска некоего особого себя в профессиональной реализации в пользу более понятной и простой деятельности, которая вместе с тем способна дать надежную опору нашей психике.
Произнося «человек труда», мы как раз схватываем эту идею созидательной простоты в понимании профессиональной деятельности. Возможно, это прозвучит несколько старомодно, но возврат к более простому пониманию труда – это разворот в сторону ощущения полезности. И здесь не стоит опасаться простых повторяющихся действий. В современном мире постоянных перемен наше психическое, напротив, нуждается в ощущениях стабильности и предсказуемости.
Конечно, сегодня руководителям компаний важно поддерживать в сотрудниках ощущение сопричастности с общим результатом и помогать им осознавать значимость своего труда. Еще один необходимый шаг в этом направлении – это самое обыкновенное информирование о том, что простая деятельность, связанная с повторяющимися действиями, может дать надежную опору психике в современном обществе текучей транзитивности. Так же, как и осязаемая польза дает психическую опору для личностной структуры.
Но это важно не только внутри отдельных компаний. На более широком культурном уровне необходимо создавать символы значимости тех профессий, которые производят товары первой необходимости, важности социально значимых профессий. Одна из задач здесь - организация культурных событий, показывающих современный облик производственных профессий, поддержка изобразительного искусства, кинематографа, поэтического и литературного творчества, демонстрирующих важность созидательного труда.

Итак, мы выделили несколько принципиально важных характеристик человека труда:
1. Трудозатратность. Изначально человек труда – это тот, кто занят трудом, который требует определенных усилий. Сегодня это претерпевает значимые изменения. Автоматизация, информатизация и роботизация основной физический труд передают машинам, человек все больше и больше смещается на позиции менеджера, планирующего, организующего, управляющего и контролирующего. Потому мы можем сказать, что усилия в труде видоизменились от физических к умственным. Однако сохраняются такие факторы, как дисциплина и появляются новые, например, такие, как необходимость постоянного обучения в связи с быстро меняющимися условиями среды. Но неизменным остается необходимость основные свои усилия, умственные, временные, или физические, тратить на профессиональную деятельность.
2. Труд – главный источник материального благосостояния. Знания, навыки – это основной капитал человека труда. Его не кормит сдача недвижимости в аренду, владение землей или управление финансовым капиталом, его кормит его труд. Человек труда – это тот, чья жизнь в большинстве своем организована вокруг профессиональной деятельности.
3. Созидательность. Человек труда – это тот, чья деятельность приносит пользу обществу и создает психологическую опору самому субъекту трудовой деятельности.
И тогда мы можем сказать, что человек труда — это тот, кто включен в общую систему производственных процессов своими знаниями и навыками, проводит в труде основное время и чей труд направлен на то, чтобы приносить пользу людям. Люди труда – это те, кто зарабатывает собственным трудом, в отличие от тех, чей основной заработок — управление недвижимым или финансовым капиталом.
Таким образом, общественные деятели, высказывающиеся в поддержку людей труда, выражают интересы всех тех, чьим основным капиталом является их труд, будь то труд умственный, физический или еще какого-то рода. Идея представления интересов человека труда является безусловно важной, во-первых, потому что так или иначе направлена на поддержку активного большинства, а, во-вторых, обращена к тем, кто заинтересован в развитии страны, и является его двигателем, его руками, ногами и, главное, умами.
Еще раз скажем, что понятие «человек труда» воспринимается сегодня несколько старомодно, как что-то обращенное к прошлому. Однако идеи государства социальных гарантий, лейбористские идеи, отстаивающие прежде всего интересы трудовой части населения, правильнее видеть впереди. Этот вектор развития и социального прогресса порождают как раз люди труда — те, чьим основным ресурсом являются знания современного мира и навыки жизни в нем. Такой взгляд позволяет развернуть обсуждаемую тему во временной перспективе: традиционализм и консерватизм, отстаивая ценности старого порядка, помогают сохранять устойчивость в настоящем, тогда как идея человека труда устремлена в будущее и дает импульс движению вперед.
Трудность, как нам кажется, здесь состоит в том, что идея защиты прав трудящихся, на которой строился социализм в нашей стране, на самом деле является нашим прошлым. А потому мы привычно видим его сзади во временном восприятии. Однако здесь, возможно, и кроется главная задача. Идеи поддержки тех, кто трудится на благо других, на благо собственное и всего государства, могут быть очень сильными при правильном понимании. Но эта модель не должна быть похожа на ту, от которой мы ушли. Понятие «человек труда» является схожим, оно демонстрирует ту же феноменологию. В настоящее время оно ассоциативно поднимает в людях воспоминания об отсталости прошлого. Однако по своей сути термин «человек труда», наоборот, выражает устремленность в будущее. Именно поэтому употребление в нужных контекстах, наполнение их современными позитивными смыслами может помочь людям принять часть своего исторического прошлого, найти в нем полезное зерно и интегрировать в современные реалии.
«Мы все устали от прошлого…»
Статья Ирины Огарковой о выставке "Искусство труда"
«Мы все устали от прошлого…»
Вместо вступления. Порой ответы на сложные вопросы приходят там, где их совсем не ждешь.
«Мы все устали от прошлого», — эту фразу однажды на уроке йоги подарил мне ученик. Мы рассуждали о том, кого можно назвать человеком труда, а потом начали нашу практику. После очередной асаны, когда я его спросила об ощущении в ногах, он произнес: «Устали от прошлого». И мы засмеялись, осознав, что именно это и было ответом на вопрос, который мы пытались осмыслить. Мы все устали от прошлого…
Существует мнение, что именно мы русские не слишком хорошо умеем интегрировать прошлый опыт в существующую реальность. Предпочитаем вычеркивать его. И мы можем это видеть и в ощущениях, связанных с конкретными словами. Слова, ассоциирующиеся с прошлой реальностью, могут вызывать у нас неприятные чувства. В психологическом контексте это можно назвать вытесненным опытом. Или опытом непроработанной травмы. Мы отторгли ту жизнь, не попрощавшись с ней. Отторгли очень быстро: без горевания, без благодарности за хорошее, без реалистичного взгляда на проблемы. И отсюда, кстати, позже вытекает проблема идеализирующего ренессанса.Сегодня из уст общественных деятелей, философов и политиков порой звучит лексика, напоминающая начало ХХ века, время, когда социалистические идеи впервые ярко зазвучали на политической сцене. Для современного этапа в целом характерны попытки найти оптимальные формы государственного управления, политического и экономического уклада, переосмысляя капиталистический и социалистический опыт. А потому использование слов из социалистических теорий в настоящее время вполне закономерно.
Мы предлагаем читателю поразмышлять о таком понятии, как «человек труда». Мы сегодня можем слышать «люди труда», «созидательный труд», «культура труда», «искусство труда». В школах снова появился «Труд», предмет, который последние десятилетия назывался «Технология». Словосочетание «человек труда», пожалуй, самое непростое среди перечисленных. Давайте порассуждаем, как мы воспринимаем это словосочетание, какие ассоциации у нас рождаются, что мы знаем о понятии «труд», и что может означать появление в современном дискурсе подобных речевых формулировок.
Мы предлагаем поразмышлять весьма широко, заглядывая в разные контексты использования этого понятия. Однако ключевым будет оставаться культурно-психологический ракурс, который схватывает, на наш взгляд, самые глубокие смысловые слои.

1. Рассуждение первое: что такое труд?
Обычно мы используем слова «труд» и «работа» в качестве синонимов. Однако, если вдуматься, «работа» звучит как нечто повседневное, тогда как слово «труд» добавляет ощущение некоторой тяжести. И это не просто субъективное ощущение. Если обратиться к самым известным этимологическим словарям, мы увидим, что труд – это работа, связанная с усилием, напряжением, страданием или принуждением. Можно сказать, что «трудиться» – это не просто выполнение своих обязанностей по трудовому договору, а работа, которая сопровождается преодолением, заметным телесным напряжением. По крайней мере, первооснова слова «труд» связана со страданием, тяжестью и физическими усилиями и не похожа на слово «работа» в современном понимании.

Как это может помочь яснее разобраться в значении современных концепций «человек труда»? Мы можем сказать, что этимологически и ассоциативно «люди труда» – это те, кто используют в своей профессиональной деятельности значимые физические усилия. А потому неслучайно многие связывают эту концепцию с теми, кто работает в промышленности и сельском хозяйстве. В этих сферах традиционно преобладал физический труд человека.
Концепция «человек труда», «люди труда», «культура труда» также устойчиво ассоциируется с социалистической эпохой. Изначально понятия, связанные с трудом, были использованы в марксистских идеях, идеях Ленина и Троцкого. Особую роль в революционном движении они отводили трудящимся, рабочим и крестьянам. С большой долей вероятности, можно предположить, что у многих людей, особенно у старшего поколения, идея человека труда вызывает ассоциацию именно с этими феноменами и с этим историческим периодом. Но те, кто сегодня привносит понятие «человек труда», «искусство труда» в современный дискурс, похоже, вкладывают в него иной смысл. Социальный контекст изменился, на первый план выходит не политическая роль человека труда, а ценностные аспекты его бытия. Однако ясный новый смысл понятия «человек труда» пока не сформирован.

2. Рассуждение второе: чем живут «люди труда»?
Поскольку термин «труд» остро зазвучал именно в марксистских подходах, важно разобраться, каково место этого понятия в политической теории. С точки зрения классической политэкономии есть три формы капитала, и интересы держателей того или иного представлены в парламенте различными политическими партиями.
Консерватизм – власть представителей тех, кто владеет землей и недвижимостью. Это те, кто выступает за традиционные ценности, сохранение старого порядка. Либерализм – власть тех, кто представляет интересы банкиров, владельцев финансового капитала. Это те, кто выступает за свободу рынка и торговли. Лейборизм (лейбор – труд; в континентальной Европе эти идеи развивались под названием «социализм») – власть представителей трудового населения, тех, кто живет на заработную плату. Это те, кто выступает за социальную справедливость, ответственность государства перед населением.

Разумеется, сегодня уже с трудом можно говорить о четком разделении по форме капитала: люди имеют недвижимость, имеют вклады, имеют профессию. Но для обсуждения понятия «человек труда» необходимо эту схему из классической политэкономии держать в голове. Самым важным здесь является аспект того, что лейбористы представляют интересы тех, кто зарабатывает на жизнь собственным трудом. Сегодня это может быть и труд физический, и труд интеллектуальный, но именно он является основным источником дохода этой части населения. Здесь необходимо вспомнить, что социалистические идеи начала ХХ-го века потому делали основную ставку в революционном движении на рабочих, что именно они владели передовыми технологиями, они соприкасались с ними в своей ежедневной профессиональной деятельности. Сегодня передовые технологии – это технологии информационные, и используются они во множестве профессий, и в производстве, и в науке, и в банковском деле. Таким образом, данный параметр для разделения на трудящихся и работников умственного труда в настоящее время потерял актуальность. Современные технологии проникли практически во все сферы жизни.
В любом случае, люди труда – это те, кто зарабатывает на жизнь своей профессиональной деятельностью, своими знаниями и навыками, это те, кто стремится их применять, готов их развивать и хочет быть в этом востребованным. Это и формирует их особый взгляд на политические решения и определенную идеологию.

3. Рассуждение третье: какие образы и ассоциации рождает понятие «человек труда»?
Восприятие словосочетаний «человек труда», «люди труда», «культура труда» является предметом особого внимания. Предлагая поделиться образами, возникающими относительно словосочетания «человек труда», мы чаще слышали что-то негативное. Люди рассказывали, что у них появляются скорее неприятные ассоциации, связанные с советским периодом, чем-то инертным или отжившим. Также многие отметили, что это словосочетание ассоциируется у них с грязью, антисанитарией, безграмотностью, работой на земле или в тяжелых условиях фабрик. Более позитивные образы человека труда – это ВДНХ, первомайская демонстрация, колхозница в косынке, вытирающая пот со лба. И также собеседники отмечали, что им не нравится в этом словосочетании то, что учителей и врачей не называют людьми труда.
Таким образом, если целью Вашего знакомства с настоящим материалом является поиск способа говорить с потребителем на приятном ему языке и использовать слова и комбинации слов, которые рождают позитивные ассоциации, то скорее словосочетание «человек труда» Вам не подойдет. Но существует и другая точка, с которой можно смотреть на этот вопрос. И здесь давайте совершим для кого-то, возможно, неожиданный шаг.Мы часто жалуемся, что наша страна не умеет меняться эволюционно. В периоды политических сломов мы убираем памятники вождей прошлого, переименовываем улицы, разрешаем запрещенное и начинаем дружить с былыми врагами. Когда наступает время серьезных перемен, мы полностью отказываемся от старых принципов, идей и форм жизни и помещаем на их место совершенно новые. Это происходит на глобальном уровне. По крайней мере, так мы привыкли это воспринимать. Однако и на индивидуальном уровне это находит выражение: обсуждая события, ассоциируемые с прошлой эпохой, мы можем испытывать негативные ощущения, которые как раз показывают, что опыт не был интегрирован, поколенческая травма или социальная травма не пережита, выводы не сделаны. А значит, мы не можем взять эффективное из прошедшей эпохи и спокойно смотреть на допущенные тогда ошибки. И одним из индикаторов интегрированности или неинтегрированности прошлого опыта является речь. Если мы спокойно относимся к словам прошлого, то с большей вероятностью это прошлое интегрировано в наш современный контекст. А интегрированность опыта прошлого является важным аспектом нашей идентичности. Интеграция опыта связана с временной перспективой, с ощущением связанности прошлого страны, города, семьи с настоящим и будущим.
В этой связи мы полагаем, что включение в настоящий дискурс слов из прошлых контекстов способно решать важную задачу: перепроживание лексики прошлого помогает трансформировать непрожитый опыт социальных травм и интегрировать данную лексику в новые смыслы и значения. В этом, возможно, неочевидном на первый взгляд ключе интеграция словосочетания «человек труда» в современный контекст обрастает дополнительной значимостью.
И здесь актуально будет посмотреть на те новые ценные позитивные контексты, в которых словосочетание «человек труда» используется или может быть использовано в наше время. Прежде всего обращает на себя внимание аспект созидательного труда, звучащий скорее как призыв против перекоса в сторону аппарата, обслуживающего финансовый капитал, а также непропорционального развития сферы услуг и досуга по сравнению с реальным сектором экономики. Можно также сказать, что это протест в отношении моды на офисную работу и «белые воротнички», и, напротив, пренебрежительное отношение к работающим в промышленности и сельском хозяйстве, как к людям более низкого статуса.Возможно, причина такого отношения как раз кроется в том, что в начале прошлого столетия на земле и на фабриках работали люди, практически не имевшие образования. И тем, кто далек от современной промышленности и сельского хозяйства, может казаться, что и сейчас это остается так. Но сегодня, а особенно в ближайшие десятилетия, когда информатизация и роботизация еще больше войдут в эти сферы, там будут работать только те, кто могут управлять машинами нового поколения, обслуживать их, организовывать производственные циклы на базе новейших технологий. Физический труд, ручной труд будут сходить на нет, а доля интеллектуального труда, наоборот, будет возрастать. Но и сейчас в производстве уже очень многое держится не на физической силе.
Однако в сознании офисных служащих, жителей мегаполисов работа в производственном секторе или на ферме может представляться непременно неинтеллектуальной деятельностью с руками по локоть в грязи. Это, весьма вероятно, восходит к образам рабочих на фабриках начала ХХ-го века, а также к образам работников колхозов, держащих серп в руках. Именно такие образы называли люди, иллюстрируя свое отношение к понятию «человек труда». Это и есть почва для трансформации.

4. Рассуждение четвертое: какие важные психологические аспекты раскрывает появление в современном дискурсе понятия «человек труда»?
Есть такое представление в социальных и гуманитарных науках, как отчужденность человека от результатов своего труда. Вклад сотрудников крупных компаний или производств в общий результат порою слишком мал, и потому им сложно ощутить свое участие в его создании. Еще с начала конвейерного производства стали говорить, что рабочему труднее достичь позитивных переживаний от причастности к конечному продукту, если он появился благодаря усилиям многих людей и большому участию технологий. Важный момент состоит в том, что психика людей нуждается в труде, который приносит осязаемую пользу. В современном мире отчужденность человека от результатов труда из-за усложнения производственных цепочек приводит к тому, что человеку сложно почувствовать итоговый продукт компании как результат своей профессиональной деятельности. Вопрос о человеке труда также схватывает этот ракурс: как помочь людям иметь больше опоры на то, что они делают, как помочь психике людей ощущать больше устойчивости в своей трудовой деятельности?
Первое, что здесь нужно подчеркнуть еще раз: человек хочет видеть и осознавать реальную пользу от своего труда. В некотором смысле это призыв обратиться к тем профессиям, где человек находится ближе к ощутимому результату своих усилий. Это не отменяет того, что гонорар является важнейшим мотивом трудовой деятельности, однако человек в большинстве своем нацелен на созидание, если только государство не оставляет его наедине с вопросами выживания. Здесь уже, к сожалению, работают другие механизмы. Но если человек понимает, что его труд достойно оплачивается, то при наличии выбора он предпочтет созидательный труд, когда можно осознавать, что то, что ты делаешь, нужно другим.Что такое созидательный труд? В общем смысле, это деятельность, в результате осуществления которой появляется то, что по-настоящему необходимо людям. Речь может идти о производстве, сельском хозяйстве, науке, медицине, образовании, о том, что дает возможность реализовывать важные потребности человека, или создает условия для качественных изменений человеческой жизни. Созидательный труд – это тратить свои усилия на создание действительно необходимого, или того, что приносит осязаемую пользу.
Неслучайно мы поставили «или» между «создавать необходимое» и «приносить осязаемую пользу». Когда речь идет об осязаемом результате собственных трудовых усилий, то понятно, что в сельском хозяйстве, промышленности, строительстве этот результат проще почувствовать, чем в банковской сфере, в образовании и даже в науке. Но это не значит, что не надо писать картины, книги, музыку и научные труды. Научные и культурные открытия создаются наперед, до востребования. И часто бывает так, что после смерти автора пройдёт ещё немало лет, пока его труд будет оценен по достоинству. Однако из этого вовсе не следует, что работы этих авторов не являются нужными другим. Вопрос в том, что самим этим авторам не так просто проживать подобный профессиональный путь, потому что с психологической точки зрения практически невозможно опереться на работу, которая не приносит ощутимой пользы. И мы ставим здесь «или», потому что у музыкантов, художников, писателей, ученых есть осязаемый продукт деятельности, хотя и пользы в настоящем дне может не быть. Этот момент несколько усложняет рассуждение о понятии «человек труда». Здесь мы сталкиваемся с пониманием, что вопрос этот гораздо шире, чем наличие или отсутствие ощутимой пользы от собственной деятельности. К слову, Маркс в своих работах по отчуждению, напротив, писал, что рабочим сложнее, нежели другим ощутить свою причастность к результатам труда. Скорее всего, это связано с тем, что большое участие технологий в то время было характерно именно для заводов и фабрик. Технологии, похоже, приводят к дистанцированию человека от переживания причастности к конечному продукту. Раньше человек ощущал свой вклад физически, само тело говорило, что было потрачено много сил на достижение результата. И для создания продукта не требовалось тогда столь большое количество сотрудников. Человек, таким образом, физически был ближе к труду и к его результатам. Сегодня, когда технологии проникли во все сферы труда, проблема отчужденности уже не является проблемой исключительно конвейерных производств. Собственно, и сам Маркс полагал, что чем сложнее становится мир, тем больше мы сталкиваемся с проблемой отчужденности человека от результатов труда.В последние годы люди стали уделять много внимания профориентации, поискам своего предназначения, раскрытию творческого потенциала. Возможно, причиной тому стало то самое ощущение отчуждения. Акцент сместился с выбора полезной профессии на раскрытие и реализацию чего-то уникального в самом себе. Безусловно, это является результатом усложнения мира, нарциссических тенденций и кажущейся примитивности некоторых специальностей. Но, к сожалению, выбор некой особенной профессии далеко не всегда приносит ту самую желанную реализацию собственной уникальности.
Слово «труд» ассоциируется с чем-то рутинным, повторяющимся, воспроизводящим одинаковые алгоритмы. В этом смысле оно противостоит идеям креативности и творческой реализации. Но в современном мире вокруг нас меняется все и постоянно, а потому сегодня нет вопроса, что в профессиональной деятельности будет мало изменчивости, и будет много простых однотипных действий. Воспроизведение и повторение – это как раз дефицитарная область современной жизни. Это не та простота, которая граничит с примитивностью, и которой стоит опасаться. Это не возврат к прошлому и не отказ от достижений и прогресса. Это возможность для нашей психики отдохнуть от того количества изменчивости, которое характерно для настоящего времени. Простота здесь – это отказ от излишнего неоправданного усложнения, от того, что на самом деле не является функциональным, от того, без чего можно обойтись. И также это отказ от поиска некоего особого себя в профессиональной реализации в пользу более понятной и простой деятельности, которая вместе с тем способна дать надежную опору нашей психике.Произнося «человек труда», мы как раз схватываем эту идею созидательной простоты в понимании профессиональной деятельности. Возможно, это прозвучит несколько старомодно, но возврат к более простому пониманию труда – это разворот в сторону ощущения полезности. И здесь не стоит опасаться простых повторяющихся действий. В современном мире постоянных перемен наше психическое, напротив, нуждается в ощущениях стабильности и предсказуемости.
Конечно, сегодня руководителям компаний важно поддерживать в сотрудниках ощущение сопричастности с общим результатом и помогать им осознавать значимость своего труда. Еще один необходимый шаг в этом направлении – это самое обыкновенное информирование о том, что простая деятельность, связанная с повторяющимися действиями, может дать надежную опору психике в современном обществе текучей транзитивности. Так же, как и осязаемая польза дает психическую опору для личностной структуры.
Но это важно не только внутри отдельных компаний. На более широком культурном уровне необходимо создавать символы значимости тех профессий, которые производят товары первой необходимости, важности социально значимых профессий. Одна из задач здесь - организация культурных событий, показывающих современный облик производственных профессий, поддержка изобразительного искусства, кинематографа, поэтического и литературного творчества, демонстрирующих важность созидательного труда.
Итак, мы выделили несколько принципиально важных характеристик человека труда:
1. Трудозатратность. Изначально человек труда – это тот, кто занят трудом, который требует определенных усилий. Сегодня это претерпевает значимые изменения. Автоматизация, информатизация и роботизация основной физический труд передают машинам, человек все больше и больше смещается на позиции менеджера, планирующего, организующего, управляющего и контролирующего. Потому мы можем сказать, что усилия в труде видоизменились от физических к умственным. Однако сохраняются такие факторы, как дисциплина и появляются новые, например, такие, как необходимость постоянного обучения в связи с быстро меняющимися условиями среды. Но неизменным остается необходимость основные свои усилия, умственные, временные, или физические, тратить на профессиональную деятельность.
2. Труд – главный источник материального благосостояния. Знания, навыки – это основной капитал человека труда. Его не кормит сдача недвижимости в аренду, владение землей или управление финансовым капиталом, его кормит его труд. Человек труда – это тот, чья жизнь в большинстве своем организована вокруг профессиональной деятельности.
3. Созидательность. Человек труда – это тот, чья деятельность приносит пользу обществу и создает психологическую опору самому субъекту трудовой деятельности.
И тогда мы можем сказать, что человек труда — это тот, кто включен в общую систему производственных процессов своими знаниями и навыками, проводит в труде основное время и чей труд направлен на то, чтобы приносить пользу людям. Люди труда – это те, кто зарабатывает собственным трудом, в отличие от тех, чей основной заработок — управление недвижимым или финансовым капиталом.
Таким образом, общественные деятели, высказывающиеся в поддержку людей труда, выражают интересы всех тех, чьим основным капиталом является их труд, будь то труд умственный, физический или еще какого-то рода. Идея представления интересов человека труда является безусловно важной, во-первых, потому что так или иначе направлена на поддержку активного большинства, а, во-вторых, обращена к тем, кто заинтересован в развитии страны, и является его двигателем, его руками, ногами и, главное, умами.
Еще раз скажем, что понятие «человек труда» воспринимается сегодня несколько старомодно, как что-то обращенное к прошлому. Однако идеи государства социальных гарантий, лейбористские идеи, отстаивающие прежде всего интересы трудовой части населения, правильнее видеть впереди. Этот вектор развития и социального прогресса порождают как раз люди труда — те, чьим основным ресурсом являются знания современного мира и навыки жизни в нем. Такой взгляд позволяет развернуть обсуждаемую тему во временной перспективе: традиционализм и консерватизм, отстаивая ценности старого порядка, помогают сохранять устойчивость в настоящем, тогда как идея человека труда устремлена в будущее и дает импульс движению вперед.
Трудность, как нам кажется, здесь состоит в том, что идея защиты прав трудящихся, на которой строился социализм в нашей стране, на самом деле является нашим прошлым. А потому мы привычно видим его сзади во временном восприятии. Однако здесь, возможно, и кроется главная задача. Идеи поддержки тех, кто трудится на благо других, на благо собственное и всего государства, могут быть очень сильными при правильном понимании. Но эта модель не должна быть похожа на ту, от которой мы ушли. Понятие «человек труда» является схожим, оно демонстрирует ту же феноменологию. В настоящее время оно ассоциативно поднимает в людях воспоминания об отсталости прошлого. Однако по своей сути термин «человек труда», наоборот, выражает устремленность в будущее. Именно поэтому употребление в нужных контекстах, наполнение их современными позитивными смыслами может помочь людям принять часть своего исторического прошлого, найти в нем полезное зерно и интегрировать в современные реалии.